Принято считать, что наука и исследования держатся на государственных деньгах. Но малые и микропредприятия вкладывают в исследования собственные средства чаще, чем получают из бюджета. Разбираемся, что стоит за этими цифрами и почему это важно.

Что посчитали

ИСИЭЗ НИУ ВШЭ впервые комплексно оценил роль малых и микропредприятий в российской науке. До этого статистика в основном описывала крупные и средние организации, а малый сегмент оставался в тени. Отчёт за 2025 год закрывает этот пробел.

Картина, которая из него следует, не совпадает с привычным представлением о науке как о статье бюджетных расходов.

Финансовая независимость как главный маркер

В 2025 году внутренние затраты малых предприятий на НИОКР достигли 114,8 млрд рублей. Распределение источников выглядит так:

56,5% — собственные средства бизнеса;
24,2% — средства бюджетов всех уровней.

Для сравнения: в крупных и средних организациях структура зеркальная. Там основным источником остаются бюджетные средства — 54,1%, а доля собственных затрат составляет лишь 20,1%.

Это значит, что малые научные компании не столько «осваивают гранты», сколько создают продукты и решения, за которые рынок готов платить. Соотношение источников финансирования здесь служит маркером рыночной устойчивости: если больше половины расходов покрывается из собственных средств, значит, бизнес зарабатывает и реинвестирует.

Молодость и гибкость

Вторая особенность малой науки — кадровый состав. 53% исследователей, занятых на таких предприятиях, моложе 40 лет. В крупных организациях этот показатель — 43,1%.

Такая возрастная структура — следствие развития университетских спин-оффов и стартапов. Студенты и аспиранты всё чаще не пишут диссертации «в стол», а сразу создают компании для коммерциализации своих разработок. Они получают не только зарплату, но и долю в реальном бизнесе.

Этому способствует проект «Платформа университетского технологического предпринимательства», который охватил уже более миллиона человек. Молодые команды быстрее тестируют гипотезы, легче принимают риск и охотнее внедряют новые технологии — включая ИИ.

Цифровое ядро инноваций

Малые предприятия не только выполняют НИОКР, но и задают направления. Около 20% всех их внутренних затрат на исследования — 21,1 млрд рублей — напрямую связаны с цифровыми технологиями.

Именно этот сегмент создаёт специализированный софт и «железо», на которых держится цифровая трансформация. Речь не только о крупных платформах, но и о нишевых решениях: системах автоматизации для конкретных отраслей, инструментах анализа данных, встраиваемых компонентах.

Что это значит для экономики

Малые технологические компании — не «помощники» крупных заводов и не просители субсидий. Это agile-лаборатории страны: они быстрее проверяют гипотезы, охотнее внедряют ИИ и, что важнее всего, обладают финансовой самостоятельностью.

Их роль в экономике можно описать через несколько функций:

Быстрая проверка идей. Малой команде проще собрать прототип и проверить его на рынке, чем крупной организации с длинным циклом согласований.
Коммерциализация разработок. Университетские спин-оффы превращают исследования в продукты, не дожидаясь, пока их подхватит крупный игрок.
Цифровая инфраструктура. Специализированные решения, которые создают малые компании, закрывают ниши, неинтересные большим вендорам.
Кадры. Молодые исследователи получают опыт коммерциализации, а не только академической работы.

Ограничения, о которых стоит помнить

Цифры выглядят обнадёживающе, но у картины есть нюансы.

Отчёт описывает один год. Данные за 2025 год показывают срез, а не устойчивую тенденцию. Чтобы говорить о тренде, нужны сопоставимые измерения в динамике.

Собственные средства — не всегда прибыль. В структуре «собственных средств» могут учитываться разные источники, включая заёмные и привлечённые. Отчёт не детализирует эту категорию, поэтому трактовать её как чистую самоокупаемость не стоит.

Малые предприятия не заменяют крупные. Речь не о том, что малый бизнес эффективнее большого. У крупных организаций свои задачи — длинные исследовательские программы, капиталоёмкие проекты, фундаментальные работы. Малые компании дополняют эту систему, а не конкурируют с ней.

Государство всё ещё важно. Четверть расходов малых предприятий на НИОКР покрывается из бюджетов. Это существенная доля, и она показывает, что без государственной поддержки система работала бы иначе.

Выводы

Отчёт ИСИЭЗ НИУ ВШЭ показывает, что малая наука в России — это не периферия, а самостоятельный сегмент с собственной экономикой. Более половины расходов на исследования малые предприятия покрывают сами, их сотрудники моложе, чем в крупных организациях, а пятая часть затрат связана с цифровыми технологиями.

Это не значит, что проблема финансирования науки решена. Это значит, что в системе появился сегмент, который умеет зарабатывать на исследованиях и превращать разработки в продукты. И именно там сейчас бьётся пульс рыночных инноваций.